ЖЕНЕВА – Однажды Мабрука вернулась домой из школы и начала кашлять кровью; ей было 18 лет. На протяжении примерно двух месяцев она плохо себя чувствовала, а потом решила пойти в поликлинику, где стала описывать свои симптомы – потеря веса, усталость, затруднённое дыхание, жар, потливость по ночам, озноб, потеря аппетита, боль при дыхании и кашле. Мабруке поставили диагноз «туберкулёз». Для лечения, которое длилось шесть месяцев, ей надо было принимать 9-10 таблеток ежедневно. Всё это время она не могла ходить в школу.
Поразительно, но ситуация Мабруки мало чем отличается от положения, в котором находились люди, заразившиеся туберкулёзом в 1950-х годах, когда были открыты первые лекарства от этой болезни. Из-за недостатка инноваций в лечении туберкулёза с тех времён, а также из-за плохих условий жизни и массовой нищеты, миллионы людей во всём мире по-прежнему лишены права на жизнь без туберкулёза.
Более десяти миллионов человек заражаются этой болезнью каждый год. Хотя туберкулёз предотвратим и излечим, он является главной причиной смертности среди людей с ВИЧ. На сегодня туберкулёз является самой распространённой причиной смертности, вызванной инфекционными заболеваниями.
Стандартные методы лечения туберкулёза неприемлемо устарели. Этот процесс настолько долг, а побочные эффекты настолько неприятны, что – при отсутствии местных программ помощи заболевшим – многие люди перестают принимать лекарства от туберкулёза задолго до окончания обязательного курса лечения. Одним из следствий этого стало повышение устойчивости туберкулёза к антибиотикам (антимикробная резистентность, сокращённо АМР). И сейчас это одна из главных глобальных угроз здоровью.
В 2016 году мультирезистентный туберкулёз (сокращённо МЛУ-ТБ) убил 240 тысяч человек. Более половины больных МЛУ-ТБ не имеют доступа к эффективному лечению. А для тех, кто его имеет, лечение нередко длится минимум два года, и это только при условии, что находится лекарство, которое способно бороться с резистентной бактерией.
В программе ООН «Цели устойчивого развития» поставлена цель ликвидировать туберкулёз к 2030 году. Но, к сожалению, не хватает инвестиций и глобального лидерства, необходимых для достижения этой цели. Если нынешние темпы прогресса на этом направлении сохранятся, мы сможем покончить с этой самой старой угрозой здоровью людей в мире лишь в 2180 году.
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Международному сообществу нужно предпринять пять конкретных действий для ликвидации туберкулёзного бедствия раз и навсегда. Во-первых, следует устранить недостатки в существующих системах здравоохранения, с тем чтобы у всех людей имелся доступ к услугам по профилактике, диагностированию и лечению туберкулёза. Политическое руководство и лидеры гражданского общества должны активней отстаивать право людей на здоровье. Им следует при этом уделять особое внимание проблеме АМР, которая ставит под угрозу не только нынешнее, но и будущие поколения.
Во-вторых, власти и медицинские службы должны изменить стандартные подходы к лечению туберкулёза, с тем чтобы сделать это лечение равным, основанным на праве, недискриминационным и ориентированным на человека, причём не только в лечебных учреждениях, но и на рабочих местах, в школах и тюрьмах. Это особенно важно для уязвимых групп населения, в том числе детей и людей с ВИЧ. Впрочем, в более широком плане конечной целью должен стать переход к всеобщему медицинскому обслуживанию, чтобы защитить людей от потенциально катастрофических медицинских расходов, связанных с лечением туберкулёза и МЛУ-ТБ.
В-третьих, мы должны обязаться осуществить инвестиции, необходимые для ликвидации туберкулёза, понимая, что у этого правого дела есть ещё и финансовый смысл. По оценкам ООН, в долгосрочной перспективе «отдача от каждого доллара, потраченного на борьбу с туберкулёзом, достигает $30, благодаря улучшению здоровья людей и повышению производительности».
Четвёртым приоритетом является привлечение частного сектора. Для стимулирования инноваций и новых научных открытий нам нужно срочно создавать больше партнёрств между правительствами, бизнесом (прежде всего, производителями лекарств) и организациями гражданского общества. Их целью должна стать разработка более качественных и менее токсичных схем лечения, которые будут действовать быстрее, чем те схемы, которые имеются сейчас.
Наконец, международное сообщество должно обязаться продемонстрировать более решительное и ответственное глобальное лидерство. Без ответственности провозглашённые цели и обязательства будут иметь мало значения. На правительства надо оказывать давление, добиваясь повышения качества жизни. Что это значит? Доступ к питательной еде, к образованию, чистая окружающая среда, создание здоровых экономических условий. Выполнение этих задач позволит значительно снизить бремя туберкулёза.
Страны, которые в течение последних 15 лет добились серьёзного прогресса в борьбе с туберкулёзом, являются исключением. Для того чтобы этот прогресс стал глобальной нормой, нам надо набрать критическую массу стран, которые занимаются не только устранением структурных факторов, способствующих распространению туберкулёза, но и выделяют адекватное финансирование на его лечение. Конкретно это означает, что надо научиться выявлять те 40% случаев заболевания туберкулёзом, которые ежегодно остаются незамеченными (60% этих случаев приходится на людей с ВИЧ).
Генеральная Ассамблея ООН проведёт 26 сентября первое в истории совещание высокого уровня по проблеме туберкулёза; страны-члены ООН выпустят политическую декларацию о намерении решить эту проблему. Мы призываем их задуматься о тех пяти шагах, которые перечислены выше. Именно так начинается путь к миру без туберкулёза.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Donald Trump and Elon Musk's reign of disruption is crippling research universities’ ability to serve as productive partners in innovation, thus threatening the very system that they purport to celebrate. The Chinese, who are increasingly becoming frontier innovators in their own right, will be forever grateful.
warns that the pillars of US dynamism and competitiveness are being systematically toppled.
US Treasury Secretary Scott Bessent’s defense of President Donald Trump’s trade tariffs as a step toward “rebalancing” the US economy misses the point. While some economies, like China and Germany, need to increase domestic spending, the US needs to increase national saving.
thinks US Treasury Secretary Scott Bessent is neglecting the need for spending cuts in major federal programs.
ЖЕНЕВА – Однажды Мабрука вернулась домой из школы и начала кашлять кровью; ей было 18 лет. На протяжении примерно двух месяцев она плохо себя чувствовала, а потом решила пойти в поликлинику, где стала описывать свои симптомы – потеря веса, усталость, затруднённое дыхание, жар, потливость по ночам, озноб, потеря аппетита, боль при дыхании и кашле. Мабруке поставили диагноз «туберкулёз». Для лечения, которое длилось шесть месяцев, ей надо было принимать 9-10 таблеток ежедневно. Всё это время она не могла ходить в школу.
Поразительно, но ситуация Мабруки мало чем отличается от положения, в котором находились люди, заразившиеся туберкулёзом в 1950-х годах, когда были открыты первые лекарства от этой болезни. Из-за недостатка инноваций в лечении туберкулёза с тех времён, а также из-за плохих условий жизни и массовой нищеты, миллионы людей во всём мире по-прежнему лишены права на жизнь без туберкулёза.
Более десяти миллионов человек заражаются этой болезнью каждый год. Хотя туберкулёз предотвратим и излечим, он является главной причиной смертности среди людей с ВИЧ. На сегодня туберкулёз является самой распространённой причиной смертности, вызванной инфекционными заболеваниями.
Стандартные методы лечения туберкулёза неприемлемо устарели. Этот процесс настолько долг, а побочные эффекты настолько неприятны, что – при отсутствии местных программ помощи заболевшим – многие люди перестают принимать лекарства от туберкулёза задолго до окончания обязательного курса лечения. Одним из следствий этого стало повышение устойчивости туберкулёза к антибиотикам (антимикробная резистентность, сокращённо АМР). И сейчас это одна из главных глобальных угроз здоровью.
В 2016 году мультирезистентный туберкулёз (сокращённо МЛУ-ТБ) убил 240 тысяч человек. Более половины больных МЛУ-ТБ не имеют доступа к эффективному лечению. А для тех, кто его имеет, лечение нередко длится минимум два года, и это только при условии, что находится лекарство, которое способно бороться с резистентной бактерией.
В программе ООН «Цели устойчивого развития» поставлена цель ликвидировать туберкулёз к 2030 году. Но, к сожалению, не хватает инвестиций и глобального лидерства, необходимых для достижения этой цели. Если нынешние темпы прогресса на этом направлении сохранятся, мы сможем покончить с этой самой старой угрозой здоровью людей в мире лишь в 2180 году.
Introductory Offer: Save 30% on PS Digital
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Международному сообществу нужно предпринять пять конкретных действий для ликвидации туберкулёзного бедствия раз и навсегда. Во-первых, следует устранить недостатки в существующих системах здравоохранения, с тем чтобы у всех людей имелся доступ к услугам по профилактике, диагностированию и лечению туберкулёза. Политическое руководство и лидеры гражданского общества должны активней отстаивать право людей на здоровье. Им следует при этом уделять особое внимание проблеме АМР, которая ставит под угрозу не только нынешнее, но и будущие поколения.
Во-вторых, власти и медицинские службы должны изменить стандартные подходы к лечению туберкулёза, с тем чтобы сделать это лечение равным, основанным на праве, недискриминационным и ориентированным на человека, причём не только в лечебных учреждениях, но и на рабочих местах, в школах и тюрьмах. Это особенно важно для уязвимых групп населения, в том числе детей и людей с ВИЧ. Впрочем, в более широком плане конечной целью должен стать переход к всеобщему медицинскому обслуживанию, чтобы защитить людей от потенциально катастрофических медицинских расходов, связанных с лечением туберкулёза и МЛУ-ТБ.
В-третьих, мы должны обязаться осуществить инвестиции, необходимые для ликвидации туберкулёза, понимая, что у этого правого дела есть ещё и финансовый смысл. По оценкам ООН, в долгосрочной перспективе «отдача от каждого доллара, потраченного на борьбу с туберкулёзом, достигает $30, благодаря улучшению здоровья людей и повышению производительности».
Четвёртым приоритетом является привлечение частного сектора. Для стимулирования инноваций и новых научных открытий нам нужно срочно создавать больше партнёрств между правительствами, бизнесом (прежде всего, производителями лекарств) и организациями гражданского общества. Их целью должна стать разработка более качественных и менее токсичных схем лечения, которые будут действовать быстрее, чем те схемы, которые имеются сейчас.
Наконец, международное сообщество должно обязаться продемонстрировать более решительное и ответственное глобальное лидерство. Без ответственности провозглашённые цели и обязательства будут иметь мало значения. На правительства надо оказывать давление, добиваясь повышения качества жизни. Что это значит? Доступ к питательной еде, к образованию, чистая окружающая среда, создание здоровых экономических условий. Выполнение этих задач позволит значительно снизить бремя туберкулёза.
Крупнейшие глобальные организации в сфере здравоохранения, например, «Глобальный фонд для борьбы со СПИДом, туберкулёзом и малярией», Unitaid, «Чрезвычайный план президента США по борьбе со СПИДом» (PEPFAR) и другие, помогают государствам мира в реализации этой повестки. Но на фоне глобальной нехватке финансирования в размере $2,3 млрд в год, нельзя надеяться на то, что горстка организаций справится с задачей ликвидации туберкулёза.
Страны, которые в течение последних 15 лет добились серьёзного прогресса в борьбе с туберкулёзом, являются исключением. Для того чтобы этот прогресс стал глобальной нормой, нам надо набрать критическую массу стран, которые занимаются не только устранением структурных факторов, способствующих распространению туберкулёза, но и выделяют адекватное финансирование на его лечение. Конкретно это означает, что надо научиться выявлять те 40% случаев заболевания туберкулёзом, которые ежегодно остаются незамеченными (60% этих случаев приходится на людей с ВИЧ).
Генеральная Ассамблея ООН проведёт 26 сентября первое в истории совещание высокого уровня по проблеме туберкулёза; страны-члены ООН выпустят политическую декларацию о намерении решить эту проблему. Мы призываем их задуматься о тех пяти шагах, которые перечислены выше. Именно так начинается путь к миру без туберкулёза.