Skip to main content

Cookies and Privacy

We use cookies to improve your experience on our website. To find out more, read our updated Cookie policy, Privacy policy and Terms & Conditions

palacio101_Artur Debat Getty Images_earthspaceshadow Artur Debat/Getty Images

Европа на линии геополитического разлома

МАДРИД – Два месяца назад в своём обращении к Генеральной ассамблее Объединённых Наций генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш поделился своими опасениями: «великая трещина» может расколоть международный порядок на два «отдельных и соперничающих мира» – один во главе с США и другой во главе с Китаем. Его страх не просто оправдан. Трещина, появления которой он так опасался, уже сформировалась, и она становится шире.

С тех пор как в 1978 году Дэн Сяопин начал проводить политику «реформ и открытости», на Западе было принято считать, что интеграция Китая в мировую экономику естественным образом приведёт к социальным и политическим переменам внутри страны. Конец Холодной войны – это была очевидная победа либерального международного порядка во главе с США – усилил эти представления, поэтому Запад, как правило, проводил политику взаимодействия с Китаем. Когда в 2001 году Китай стал членом Всемирной торговой организации, этот процесс ускорился, при этом в страну устремились западные компании и инвестиции, а из неё – дешёвые промышленные товары.

По мере повышения роли Китая в глобальных производственных цепочках его проблемные методы ведения внешней торговли (от демпинга на западных рынках с помощью избыточно дешёвой продукцией до неспособности защитить права интеллектуальной собственности) начинали приводить ко всё более искажающим последствиям. Но лишь у немногих это вызывало беспокойство. Казалось, что никто не хочет ставить под угрозу прибыли, приносимые дешёвым китайским производством, или же обещания открыть доступ к огромному китайскому рынку. В любом случае, было принято считать, что все проблемы разрешатся сами собой, потому что политика экономического взаимодействия и рост экономики вскоре приведут к появлению процветающего среднего класса в Китае, который поспособствует внутренней либерализации.

Как сейчас понятно, всё это было верой в волшебство. В реальности Китай начал менять международную систему в большей степени, чем система – менять Китай.

Сегодня Коммунистическая партия Китая могущественна так, как никогда ранее. Она усилила своих позиции благодаря разветвлённому аппарату слежки за людьми с использованием искусственного разума, а также продолжающемуся доминированию госпредприятий. Председатель КНР Си Цзиньпин намеревается править очень долго, возможно, всю жизнь. И, как выяснил президент США Дональд Трампа в ходе своей неудачной торговой войны, никогда ещё не было так трудно добиваться от Китая уступок.

Между тем, международный порядок, основанный на правила, серьёзно ослаб, он лишился жизненных сил и смысла существования. Развивающиеся страны разочарованы недостаточностью усилий, направленных на приведение институциональных механизмов в соответствие с новыми экономическими реалиями. Со своей стороны, развитые страны пытаются совладать с массовым недовольством глобализацией, что привело не только к снижению их поддержки политики торговой либерализации и международного сотрудничества, но и потрясло их демократию. США постепенно отказываются от глобального лидерства.

Subscribe now
Bundle2020_web

Subscribe now

Subscribe today and get unlimited access to OnPoint, the Big Picture, the PS archive of more than 14,000 commentaries, and our annual magazine, for less than $2 a week.

SUBSCRIBE

В результаты международные отношения стали, как правило, транзакционными: сиюминутные сделки пришли на смену всеобъемлющим решениям, принимаемым в сотрудничестве. Институты и соглашения оказываются выхолощенными и всё более неформальными. Ценности, правила и нормы начинают считаться старомодными и непрактичными.

Всё этот открыло перед Китаем золотой шанс построить параллельную систему, в центре которой находится он сам. С этой целью Китай создал такие институты, как Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Новый банк развития (обе организации подражают существующим международным структурам). И он занимается реализацией разветвлённой инициативы «Пояс и путь», которая представляет собой явную попытку позиционировать Китай в качестве Срединного царства.

Но многие, в том числе и в Европе, не очень озабочены появлением этой параллельной системы. Для них всё выглядит прекрасно, поскольку эта система обеспечивает быстрый доступ к проектному финансированию. В условиях нарастающего отчуждения между Европой и США многие европейцы считают, что они могут улучшить свои стратегические позиции, расположившись на границе между двумя возникающими мирами.

Такая стратегия способна обеспечить некоторые преимущества, в частности, возможность для арбитражных сделок. Но, как знает любой, кто живёт на линии разлома, там имеются ещё и огромные риски: трения между двумя сторонами неизбежно потрясут фундамент всего, что расположилось на границе между ними.

И это особенно касается Европейского союза, который построен на принципах сотрудничества, общих ценностей и верховенства закона. Если ЕС будет помогать строить параллельную структуру, противоречащую его базовым ценностям (особенно это касается центральной роли индивидуальных прав человека), он рискует потерять свои метаполитические якоря – убеждения, к которым привязано его мировоззрение. Начав этот дрейф, Европа в конечном итоге утонет.

Решение заключается не в том, чтобы Европа просто встала на «сторону» Америки и отвернулась от Китая. (Это тоже будет противоречить европейским ценностям). Скорее, Евросоюз должен внять призыву Гутерреша и «сделать всё возможное для сохранения универсальной системы», в которой все участники, в том числе Китай и США, соблюдают одинаковые правила.

В этом смысле недавнее совместное заявление Си Цзиньпина и президента Франции Эммануэля Макрона, в котором подтверждена их решительная поддержка Парижского климатического соглашения, выглядит многообещающим, равно как и растущее понимание в Европе, что Китай – это не просто партнёр или экономический конкурент, но и «системный соперник». Впрочем, это лишь начало. Европе нужна серьёзная китайская стратегия, в которой будут признавать глубокие, часто неявные проблемы, создаваемые подъёмом этой страны, а также будут смягчаться связанные с этим риски и не упускаться из вида возникающие возможности.

Для этого потребуется дальновидность и дисциплина. Ни то, ни другое не даётся ЕС с естественной лёгкостью. Но иного выбора нет. Как только Европа перестанет защищать верховенство закона и демократические ценности, её идентичность – и её будущее – начнёт разрушаться.

https://prosyn.org/bB38PaRru;